Триумфальное возвращение с новым романом на большой «ринг» американского писателя-фантаста, лауреата «Хьюго» Тимоти Зана по-настоящему всколыхнуло мировое сообщество поклонников Звёздных войн, став, вероятно, одним из самых значимых событий 2004 года в ЗВ-среде. Посудите сами: самый популярный и востребованный автор из тех, что когда-либо писали о ЗВ, автор, фактически породивший такое явление, как Expanded Universe, автор, чьи книги в одночасье стали бестселлерами и разошлись огромными тиражами, после почти шестилетнего затишья представил на суд мировой общественности своё новое творение - проливающее свет на некоторые загадки прошлого и дающее новую пищу для размышлений, вновь позволяющее сопереживать любимым героям и вводящее новые, не менее достойные образы. Пост-советское пространство прокатившаяся с выходом этой книги волна затронула очень незначительно, однако, смею сильно надеяться, связанный с этой книгой бум нам ещё предстоит, когда (и если) она будет переведена на русский. Меж тем позвольте пока осветить то, что многим не посчастливилось выпустить из виду.

Надо сказать, поклонники ожидали выхода Survivor's Quest - «Странствий уцелевшего» - с особым трепетом: сумеет ли Зан удержать ту планку, которую он поднял трилогией о Трауне (Thrawn Trilogy - «TT») и последовавшей за этим дилогией о его Руке (Hand of Thrawn - «HoT»). Сейчас можно утверждать вполне уверенно: ожидания оправдались на все сто. Книга захватывает с первых строк, с ходу бросая читателя в пучину событий, и не отпускает ни на мгновение, позволяя перевести дух лишь по раскрытии самых главных, самых каверзных загадок на двух последних страницах.

***

Впрочем, начало у книги вполне привычное. Это уже стало чем-то вроде традиции, как ползущий текст на фоне звёздного пейзажа и плавный переход камеры на близлежащий космический объект. “На фоне беспросветного мрака космоса, погасив бортовые огни, висел имперский звёздный разрушитель” - этих строчек ждёшь каждый раз, открывая очередную книгу Тимоти Зана. Открыв эту книгу, читатель с удивлением обнаружит, что имеет честь лицезреть отнюдь не «Химеру». Звёздный разрушитель расцвечен алыми красками и принадлжит контрабандисту Бустеру Террику - автор с первых строк даёт понять, что не следует ждать от его нового романа очередного противостояния Новой Республики и Империи.

События Survivor’s Quest происходят через три года после того, как на страницах «Руки Трауна» разрешился каамасский кризис, но воспринимаются как непосредственное продолжение событий этой дилогии (точно так же, как сама «Рука» воспринимается прямым продолжением трилогии о Трауне несмотря на сюжетную разницу в десять лет). Мы видим Тэлона Каррда, бывшего контрабандиста, а ныне законного предпринимателя. Того самого Каррда, который в эпилоге «HoT» придумал себе отличное развлечение по сердцу - создать информационное агентство, призванное делиться сведениями политического и стратегического масштаба с ещё совсем недавно враждовавшими сторонами - Новой Республикой и Остатками Империи - и тем самым поддерживать их хрупкий мир. В завязке «Странствий» Каррд предстаёт перед читателем по уши в заботах: он вынужденно сворачивает незаконную деятельность, расстаётся с прежними деловыми партнёрами, из тех кто ещё остался в криминальном бизнесе; с другой стороны, его новая информационная сеть разрастается просто с угрожающей скоростью: если раньше он знал всех своих сотрудников в лицо и поимённо, то теперь отследить все действия и перемещения своих подчинённых ему порой трудновато.

Перемены происходят и в жизни других излюбленных героев Тимоти Зана. Мара Джейд, рыцарь-джедай и бывшая Рука Императора, оставляет свои дела у Каррда, с которым проработала более десяти лет сначала в роли помощницы, а затем - делового партнёра, чтобы вступить на иную тропу и по сути начать новую жизнь: превратиться из киллера и контрабандиста в любящую жену и верного адепта Ордена. Надо сказать, что временной промежуток между «Рукой Трауна» и Survivor’s Quest всё-таки вместил одно значимое событие, которое нельзя обойти вниманием. Речь о свадьбе Мары Джейд и Люка Скайуокера, очерченной пером Майка Стэкпола и красками Роберта Тераниши на страницах комикса «Union». Это одно из редких произведений Expanded Universe, где основная сюжетная канва сосредоточена на обычных мирских суетах, а не на противостоянии с очередным зарвавшимся тираном, а одна из главных проблем, с которой сталкиваются герои - подбор свадебного платья для невесты. Люк и Мара становятся чуть ли не последними из заглавных героев, кто прощается с холостяцкой жизнью (Хан, Лэндо, Ведж, Корран, Лея, её наперсница Винтер - все уже давно счастливы в своих браках), и их свадьба превращается в пышное торжество, которое неспособна омрачить никакая горстка мелких имперских подстрекателей. Но за торжеством следуют будни, и именно они с лёгкой руки Тимоти Зана становятся основой для нового романа.

Читая «Странствия уцелевшего», так и тянет смотреть на них сквозь призму пяти предшествующих произведений и пытаться проводить аналогии или искать различия. Первое, что бросается в глаза: автор напрочь забывает о большинстве прославленных героев далёкой-далёкой галактики, концентрируясь в повествовании лишь на похождениях молодожёнов. В «TT» отдельную сюжетную линию имели Хан с Леей, Лэндо, Тэлон Каррд, вожди Империи. В «HoT» вдобавок ко всем вышеперечисленным свою отдельную дозу печатного пространства получили также Ведж Антиллес и Корран Хорн. В Survivor’s Quest ситуация прямо противоположная. Полностью линейный сюжет, без каких бы то ни было лирических отступлений или смены планов - автор по максимуму разворачивается на том маленьком кусочке, который он сам себе выделил, в полной мере реализуя свои замыслы и задумки.

Ещё одно заметное отличие от предыдущих книг - относительно быстрая завязка. Нам сразу определяют поставленные цели и задачи, заявляют, к чему в конечном счёте должен привести сюжет, после чего буквально со второй-третьей главы начинается стремительное развитие событий. Если припомнить прошлые книги Зана, то можно обратить внимание, что автор очень долго ходил вокруг да около, прежде чем главная интрига начинала принимать свои очертания. Впрочем, этому есть вполне разумное объяснение: свои первые задумки автор раскрывал аж в трёх книгах, затем из-под его пера вышла дилогия, которая едва ли не превзошла по размерам предыдущий цикл книг... В одиноком Survivor’s Quest сказать хотелось сразу и о многом.

Но несмотря ни на что в новом произведении Зана улавливается и кое-что знакомое. Как и во всех предыдущих книгах автора, главный герой (как и прежде, это Люк) большую часть сюжетного времени проводит в стане потенциального противника, чьи намерения изначально весьма враждебны, пытаясь теми или иными средствами склонить его на свою сторону (временами непреднамеренно), ну или, по крайней мере, снизить эту враждебность. В «TT» он перетаскивал в Новую Республику организацию Каррда, параллельно стремясь унять ненависть Мары Джейд, в «HoT» вместе с Марой орудовал в изначально недружелюбном центральном форпосте Империи Руки на Нирауане. В новом романе Люку и Маре приходится столкнуться сразу с несколькими чужеродными культурами: им предстоит разбить камень в сердцах суровых и неуступчивых чиссов и побороть ненависть к джедаям со стороны сообщества уцелевших при катастрофе людей, основанного на руинах древнего корабля.

Есть ещё один элемент повествования, по которому прослеживаются чёткие и осознанные параллели. Нам в который раз демонстрируют быт и нравы некоторой новой грани имперской жизни, которую было принято (и не зря) именовать элитой. В «TT» мы узнаём о ногри, лучших в галактике телохранителях и убийцах, в «HoT» - об общине братьев Девистов, клонов барона Фела и совершенных пилотов, а теперь - о штурмовиках 501-го легиона, идеальных со всех точек зрения солдатах Империи, которые... Но это я уже забежал далеко вперёд, так что отныне обо всём по порядку.

***

Сюжетная завязка такова: Люк и Мара через информационную сеть Тэлона Каррда получают послание из Неизведанных регионов (Unknown Regions) от расы чиссов, в котором говорится, что обнаружены останки ставшего уже легендой корабля - участника так называемого проекта Сверхдальнего перелёта (Outbound Flight). Самих Люка и Мару как условных потомков участников проекта приглашают поучаствовать в экспедиции к руинам корабля с весьма прозаической целью - почтить память безвременно ушедших, в перспективе передать останки властям Новой Республики.

По сути, Зан в который раз проявляет своё незаурядное мастерство и умение сотворить интригу практически на пустом месте, создать «много шума из ничего». Ему не требуется, как например Кевину Андерсону, вытаскивать из пустоты с десяток мегамощных супероружий и направлять их на Новую Республику или выпускать из небытия на божий свет уйму имперских военачальников-недобитков, в кармане у которых сидит по сотне «звёздных разрушителей», и тоже бросать их в бой, бряцая эполетами. В дилогии «Рука Трауна» у Зана галактика едва не рассыпалась на части из-за одного лишь невинного сообщения об участии нескольких ботанов в саботаже планетарного щита мира Каамас, уничтоженного более тридцати лет назад. В «Странствиях уцелевшего» предлог для раскручивания бешеной интриги ещё более безобиден: полёт главных героев к останкам давно пропавшей экспедиции Сверхдальнего перелёта, память о которой покрыта многометровым слоем пыли.

Надо сказать, что Сверхдальний перелёт - довольно значимая веха в биографии нескольких ключевых персонажей, вышедших из-под пера Тимоти Зана, и не удивительно, что автор решил вернуться к этой теме. Самые первые намётки на некую таинственную экспедицию, устроенную рыцарями-джедаями Старой Республики, брошены ещё в «Наследнике Империи» - дебюте Зана в качестве автора книг по Звёздным войнам. В дальнейшем, из уст Гранд адмирала Трауна и его ближайшего соратника Восса Парка мы узнаём некоторые подробности той давно забытой истории.

Итак, о чём, собственно, речь. Во времена, последовавшие за первым Эпизодом (когда сенатор Палпатин был уже наречён канцлером), в Старой Республике созрел весьма интригующий проект. Была предпринята попытка заглянуть за грань исследованной галактики, выяснить, «есть ли жизнь на Марсе» - т.е. а что же там такое интересное в том самом месте, где заканчиваются известные планеты и начинаются межгалактические пустоты. Позднее братья по разуму йуужань-вонги доказали, что «жизнь на Марсе» таки есть, но сейчас речь не об этом. Была снаряжена масштабная экспедиция: шесть боевых дредноутов, соединённых переходными пилонами друг с другом и с центральным ядром снабжения (supply core), образовали один большой корабль, которому и предписывалось совершить этот самый Сверхдальний перелёт. На борт взошло несколько мастеров-джедаев (во главе с одним из самых прославленных - Джорусом К’Баотом), которым вверялись все бразды правления экспедицией, плюс экипажи кораблей, но не просто экипажи, а с семьями: женщинами и детьми. Полёт предстоял долгий (мог растянуться на многие годы), в плане особняком стоял вариант, при котором экспедиторы превращались в колонистов (на этот случай каждый дредноут имел возможность отсоединиться от своих собратьев и вести собственную жизнь); запасов, сложенных в ядре снабжения, могло хватить на несколько десятков лет. Экспедиция стартовала.

Чему был необычайно рад канцлер Палпатин. Его план по узурпации власти в галактике ещё только вступал в стадию реализации, но об одной из своих главных целей - искоренении джедаев - он не забывал никогда. И тут - такая удача! - сразу несколько видных мастеров собраны на одном-единственном корабле. Возможность разом уничтожить всех слишком заманчива: вот почему Палпатин снаряжает уже свою собственную экспедицию - крупный ударный отряд - и поручает своему ставленнику Кинману Дориане перехватить корабль Сверхдальнего перелёта на полдороги и уничтожить его. Путь Сверхдальнего перелёта в дальние страны лежит через обширную область известной галактики, именуемую ёмко и красноречиво - Неизведанные регионы - и Дориана, идущий с опережением графика джедаев, решает именно там устроить засаду. На то они и Неизведанные регионы: кто ж мог знать, какое доминирующее положение занимает в них раса чиссов? Задумавший засаду Дориана сам натыкается на непреодолимое препятствие в лице скромного сторожевого флота (picket force), возглавляемого молодым чисским командующим Митт’рау’нуруодо (или для простоты Трауном). Несмотря на серьёзный численный перевес, силы Республики разбиты наголову; Дориана капитулирует и вынужден сесть с Трауном за стол переговоров. За которым и объясняет цель своего визита, в пышных красках расписывая те опасности и угрозы, которые несут с собой «злобные джедаи» Неизведанным регионам и народу чиссов в частности, и убеждая командующего принять эстафету и обезопасить свою нацию от «вторжения». Печальные последствия сего акта хорошо известны: корабль Сверхдальнего перелёта с джедаями на борту стёрт с лица галактики, Траун возвращается к своему народу отнюдь не триумфатором, правящие семьи выносят ему строгий выговор за нарушение первейших военных доктрин чиссов (упреждающие удары в чисском обществе - под строгим запретом), после чего Траун путём хитрых махинаций сначала добивается изгнания, а потом оказывается при дворе Палпатина, где впоследствии становится самым ярким и знаменитым Гранд адмиралом Империи. Его ждёт стремительная карьера и великие свершения... в отличие от участников экспедиции за край галактики, которые так и не добрались до своей цели.

Книга Survivor’s Quest раскрывает несколько тайн, связанных со Сверхдальним перелётом, но при этом поднимает и немало иных вопросов. В частности мы узнаём, что в центральном ядре снабжения экспедиционного корабля держали таинственного пленника, который сумел сбежать оттуда, причём явно в час решающей битвы с силами Трауна (уж не намёки ли это на возможный бунт на корабле?). Кроме того, становится ясным, что в той самой решающей битве помимо чиссов и джедаев участвовала и третья сторона - флот расы сверхзлобных и сверхагрессивных существ вагаари, активно порабощавших всё живое в пространстве Неизведанных регионов. Что же в действительности забыли в этой битве вагаари - до сих пор загадка, однако факт остаётся фактом: перед тем как пасть от руки Трауна, джедаи устроили из флота вагаари показательный тир, вынудив оставшихся в живых забиться в свой укромный уголок космоса и не высовываться несколько десятилетий, строя коварные планы отмщения. Уж совсем удивительное откровение ожидает читателя, когда главные герои «Странствий уцелевшего» наконец достигают планетоида, на котором и найдены «останки» экспедиции. Как выясняется, Траун совсем даже не уничтожал Сверхдальний перелёт: он ликвидировал всё, что могло представлять для него угрозу (турболазерные батареи, генераторы щитов), но сам корабль не взрывал - и шесть сцепленных воедино дредноутов совершили весьма жёсткую, но вполне сносную посадку на одну из планет Неизведанных регионов, незнамо каким боком очутившись в сердце Редута (the Redoubt) - самого секретного и охраняемого звёздного кластера, какие только рождала чисская земля. Ещё одна загадка всплывает по мере исследования героями останков экспедиции: на борту управляещего дредноута обнаруживается чаррик - чисский бластер - говорящий лишь об одном: кто-то из чиссов непонятно с какими целями побывал на борту корабля Республики.

“Сейчас я пишу книгу - историю Сверхдальнего перелёта и его уничтожения молодым Трауном на окраинах пространства чиссов, - говорит Тимоти Зан в интервью представительству фан-клуба Мары Джейд «Jade Crusades». - Это будет своего рода приквел, примерно такой же, какой был у Лукаса. В «Странствиях уцелевшего» мы видим лишь результат того, что произошло с экспедицией, но не подробности самого полёта.”

Что ж, поверим мастеру на слово. Книга, логично названная Outbound Flight, действительно заявлена на выход в 2005-м году, и вот она-то уж точно должна пролить свет на тайны, так обильно рассеянные автором по всему шестикнижию. И пока мы ждём её выхода, вернёмся в настоящее - а именно к событиям, описываемым на страницах Survivor’s Quest.

***

Первая половина сюжетного действа разворачивается на борту судна чиссов «Посланник Чаф» (Chaf Envoy), направляющегося прямиком к планетоиду, где чисский разведчик обнаружил останки межгалактической экспедиции. Происходящее на борту «Посланника» с трудом воспринимается без иронии. «Ну и компания подобралась», - это про них. Пёстрое скопище разнородных существ: у каждого свои цели и замыслы, свои амбиции, свои подоплёки к действиям и, что самое значимое, свои ладно скроенные легенды, которые по мере развития сюжета начинают активно лопаться, словно мыльные пузыри. Удивительно, к чему такие сложности, и что вообще понадобилось столь разношёрстной компании на Сверхдальнем перелёте? На поверку всё выходит отнюдь не так незатейливо, как кажется на первый взгляд, и если кого-то в это путешествие действительно влечёт праздное любопытство и интерес, то для других Сверхдальний перелёт становится предметом жизненной необходимости.

Итак, кого же мы имеем? Во-первых, самих представителей Доминанты чиссов (Chiss Ascendancy), «радушных и гостеприимных» хозяев, суровых и требовательных, но вполне обязательных и твёрдых в своих решениях. Приглашением различных жителей галактики на церемонию прощания со Сверхдальним перелётом они напоминают о своей порядочности и честности, впрочем есть и другие подоплёки их поступков, которые до поры до времени скрыты завесой тайны.

Бок о бок с ними путешествуют эмиссары загадочного народа героонов, эдаких «таопари в нерфовой шкуре», которые желают почтить память джедаев, павших в борьбе за правое дело. Под борьбой за правое дело подразумевается участие Сверхдальнего перелёта в освобождении несчастных героонов от злобных агрессоров-вагаари, тех самых, что одно время порабощали всех и вся на своём пути.

Отдельную каюту на «Посланнике Чафе» занимает некто Дин Джинзлер, позиционирующий себя официальным представителем народов Новой Республики. Тайна «посла» Джинзлера раскрывается довольно быстро: он обычный техник по гипердрайвам, перехвативший послание, предназначенное для Люка и Мары, и спешно направившийся на рандеву с чиссами. Мара и Люк решают не выдавать хозяевам его настоящую личность, и всё же истинные причины, побудившие Джинзлера следовать этим маршрутом, по-прежнему остаются загадкой.

Следующая группа, обжившая свой уголок на «Посланнике» - контингент войск Империи. Только не той Империи, которая за последний десяток лет сдала почти все свои позиции в галактике и укрепилась в последних восьми секторах со столицей на Бастионе. Речь совсем о другой Империи - Трауновской Империи Руки (Empire of the Hand), той самой, которую великий полководец так долго и кропотливо создавал в годы своей длительной «картографической ссылки» в Неизведанные регионы и которая получила новую жизнь в руках таких людей, как адмирал Восс Парк и барон Сунтир Фел. Контингент не ахти какой: отделение штурмовиков (целых четыре штуки) под командованием юного, но целеустремлённого Чака Фела - одного из сыновей барона. Как выясняется в дальнейшем, этот не ахти какой контингент тоже представляет из себя неслабую боевую единицу и вполне заставляет с собой считаться. Цели имперцев относительно туманны, хотя некоторые из них капитан Фел озвучивает загодя: оказывать всяческую поддержку джедаям, в перспективе наладить дипломатические отношения между чиссами и Империей Руки.

Вот практически и вся компания на борту. Никого ли не забыли? Забыли, естественно - наших доблестных джедаев. Какие же цели преследуют они, что им нужно от этой малопонятной экспедиции? Что касается Люка, то тут всё очевидно: помимо того, что ему обязательно необходимо сунуть свой нос во всё мало-мальски интересное, что творится в галактике, у него имеются и некоторые личные мотивы, побуждающие к подобным действиям. Как-никак, корабль Сверхдальнего перелёта - место обитания джедаев старины, вероятный кладезь их мудрости, и Люк связывает с ним большие надежды. Как и прежде, все его помыслы направлены на возрождение Ордена джедаев в том первозданном виде, в каком он существовал во времена Старой Республики, и потенциально бесценные записи, которые он мог бы найти в руинах древнего корабля, только подстёгивают в нём это стремление. Кроме того, Люка не перестаёт терзать вопрос, связанный с джедайской этикой влюблённости и брака. Как известно, брак находился под запретом для адептов старого Ордена, и вот Люк только что самолично нарушил запрет, принятый в обществе, которое он планировал воссоздать. Ответ на этот вопрос он также надеется получить на Сверхдальнем перелёте.

Встаёт вопрос другого плана: что понадобилось в этих странствиях его второй половине? Это, впрочем, в отличие от завуалированных помыслов Фела или Джинзлера, не является тайной за семью печатями. Она теперь замужем за Люком - соответственно, куда супруг, туда и она; кроме того, в самом начале повествования нам без обиняков дают понять, что их свежеиспечённый брак протекает совсем не так гладко, как хотелось бы: Люк погружён в заботы джедайской академии, Мара никак не избавится от проблем, связанных с расставанием с собственным контрабандистским прошлым. Со свадьбы прошло три года, а супруги, считай, что всё время в разлуке - и вот такой удачный повод наконец-то побыть наедине. Не удивительно, что Мара хватается за этот повод, как за спасительную соломинку.

Опять же, не следует забывать и о том, что она сейчас стоит на пороге новой жизни: она вновь джедай, она вливается в это общество, к ней стремительно возвращаются все прежние умения и боевые рефлексы. И она готова к испытаниям -которые ей просто необходимы, чтобы окончательно восстановить баланс в собственной душе и сойти с перепутья.

“К этому моменту уровень её подготовки джедая уже достаточно высок, - подтверждает эту теорию Зан. - В новой книге мы сможем увидеть, как они с Люком действуют в одной команде в кризисных ситуациях, когда им грозит опасность или когда вокруг полно загадок. Мне кажется, эволюция Мары по большей части завершена, и сейчас пришло время спустить её с поводка и посмотреть, на что они на пару с Люком способны”.

Насчёт кризисных ситуаций и загадок - это он в самую точку. Неладное на «Посланнике Чафе» начинает твориться с первых же минут появления джедаев на борту и продолжается всю дорогу до Сверхдальнего перелёта. Саботаж и диверсии следуют неостановимой чередой событий; каждый подозревает каждого (ещё бы, корабль полный незнакомцев - привычная ситуация в духе Агаты Кристи), при этом умудряясь сохранять внешнее дружелюбие. Джедаи пытаются выступить в роли следователей (во многом потому, что повествование по большей части сосредоточено именно на них), но когда начинает казаться, что они близки к разгадке, следует новая диверсия. В конце концов невольные сыщики приходят к мысли, что все диверсии сцеплены в единый клубок и имеют гораздо более глубинный умысел, чем это выглядит на поверхности. С этого момента они перестают, как того требует долг джедая, мчаться на всех парах к объекту саботажа и пытаться устранить последствия, вместо этого сосредотачиваясь на тех участках корабля, которые становятся из-за диверсии наиболее уязвимыми. Невероятно, но, похоже, Мара получает удовольствие от происходящего: вокруг неё складывается именно та обстановка, к которой она приучена - долгими, кропотливыми годами тренировок под императорским началом. Нет, она, конечно, не Шерлок Холмс, и не Гранд адмирал Траун, но слежка, дознание и прочие атрибуты плаща и кинжала - практически её конёк, и она определённо рада, что вновь погружается в атмосферу боевой задорной юности.

Стоит добавить, что воспоминания о юности всплывают в сознании Мары и совсем по другим поводам. Она оказывается в окружении чиссов: стойких, дисциплинированных, привыкших к порядку. Порядок и дисциплина одними лишь чиссами не ограничивается: полкниги Мару эскортирует четвёрка имперских штурмовиков, а неподалёку постоянно ошивается бравый капитан Фел. С таким вот окружением она как будто бы возвращается в своё прошлое: туда, где она была уверена в завтрашнем дне, где всё было строго ранжировано и всё подчинялось взыскательным законам, где она имела свою постоянную нишу в обществе и была довольна ею, даже испытывала гордость от своего положения.

Что чувствует Мара, попадая в этот мир? Какие мысли закрадываются в её голову? В данном контексте, как мне кажется, будет уместным привести один небольшой отрывочек из романа:

Наблюдая и анализируя происходящее, она не могла удержаться от сравнений с тем, что осталось позади - в Новой Республике. С вечно бурлящим от ссор Сенатом, безуспешно пытающимся разрешить сотни диспутов и распрей между сопредельными звёздными системами; с подковёрными играми, с группировками, метящими поближе к Корускантской кормушке; с республиканским правительством, транжирящим силы и ресурсы государства понапрасну, хотя им можно было бы найти куда более достойное применение.

Палпатин был порочен, деструктивен и полон ненависти, особенно к сотням инородных рас, что находились у него под пятой. Но она не могла не признать, что с чисто практической точки зрения эффективность и порядок Империи стали заметным шагом вперёд на фоне предшествовавшего ей коррупционно-бюрократического строя, именовавшегося Старой Республикой.

Единственная мысль никак не хотела улетучиваться из её головы: какой стала бы Империя, если бы вместо Палпатина ею правили люди вроде Парка или Фела? Какого предела эффективности и порядка она бы достигла, если бы попала в руки кого-либо, наподобие не-человека Трауна?

Лёжа поздней ночью в постели рядом с Люком, Мара не переставала размышлять над тем, что было бы, служи она такой Империи, как эта.

Этим вопросом она задаётся не только одну ночь - практически весь вояж к Сверхдальнему перелёту и обратно. Она делится мыслями с Люком, - и в конце концов с удивлением узнаёт, что, если она того пожелает, тот готов последовать за ней куда угодно. А последовать есть куда: ещё в дилогии «Руки Трауна» барон Сунтир Фел приглашал Мару на службу в свою Империю. Теперь уже его сын не отступается от слов отца, подтверждая, что в Империи Руки она - по-прежнему желанный гость. Учитывая обстоятельства, выбор перед ней встаёт весьма непростой. С одной стороны, милые сердцу дисциплина и порядок без вражды и ксенофобии - несбывшаяся мечта далёкой юности, с другой - любимый человек и строй, которому он верен и который поклялся защищать всеми силами.

Тут стоит заострить внимание и на ещё одном крайне примечательном моменте. После соприкосновения с призраками собственного прошлого в Маре пробуждается нечто, дремавшее до поры до времени, но нашедшее весьма подходящий час для того, чтобы явить себя миру. То, что называется survivor’s guilt - вина уцелевшего. Единственного уцелевшего, как кажется Маре, потому как все, кто когда-то олицетворял былой имперский порядок, - Палпатин, Вейдер, Таркин, даже Траун - давно стали частью истории, и лишь она одна продолжает жить и творить эту историю. А потому ощущает себя виноватой - ведь она тоже была одним из ключевых элементов строя, совместившего идеальный порядок и жестокую тиранию. Штурмовики и Фел, оказавшиеся в нужном месте и в нужное время, лишь невольно напомнили ей об этом. По сути, вся книга - это одно большое испытание Мары (как она впоследствии решает, подаренное Силой, - испытание в преддверии больших потрясений для Республики и для неё самой). Это она - Survivor - уцелевший, и это её Quest - не только в сердце Неизведанных регионов, но и в глубь собственной души.

Каким будет её выбор, догадаться несложно. Написана уже целая серия книг в более позднем временном отрезке, где она защищает интересы Новой Республики и своего мужа в войне с йуужань-вонгами. Как она приходит к этому выбору, как борется с искушением призраков прошлого и как на её решение в итоге влияет ощущение вины уцелевшего - вопросы куда более любопытные. И ответы на них можно получить, лишь дочитав роман Тимоти Зана до конца.

***

Путешествия по Неизведанным регионам сопряжены с немалым риском, даже для самих чиссов. Они - пусть и доминирующая, но далеко не единственная раса, населившая эту область космоса, и редкие из этих рас достаточно дружелюбны, чтобы не вставать ни у кого поперёк горла. Неизведанные регионы - эдакая квинтэссенция потаённых угроз: световых маршрутов с препятствиями, астероидных полей, неприступных бастионов, рас-агрессоров. За отведённые ему несколько сотен страниц Зан постарался по максимуму охватить ситуацию в этом отдельно взятом уголке галактики и передать её суть, не отходя от основной сюжетной канвы.

Удивительное дело: чем глубже погружаешься в пучину повествования, тем навязчивее становится мысль, что это уже совсем другая галактика ЗВ. То есть, все основные атрибуты вроде бы соблюдены, но художественный мир складывается из частностей - как раз от этих частностей и возникает впечатление, что сюжетное действо разворачивается в отдельно взятой галактике. Не какой-то далёкой, йуужань-вонгской - Неизведанные регионы совсем рядом - но всё равно отдельной. Получился эдакий новый мир внутри уже существующего. Как будто взяли одно здоровенное Средиземье, пририсовали к нему сбоку довольно большой кусок суши, ввели в нём порядки, непохожие на средиземные (но и не расходящиеся с принятыми в нём канонами) и запустили туда главных героев с целью посмотреть, что получится.

За такое вот открытие новых граней любимой вселенной не остаётся ничего, кроме как выразить Зану огромнейший респект. Как, впрочем, и за то, что, улетая в далёкие края, он не забывает и о галактике, оставленной позади (как это вышло у Брайена Дэйли с приключениями Хана Соло в Корпоративном секторе). Есть непрекращающееся виртуальное противостояние имперского и республиканского режимов, есть множество отсылок ко временам Старой Республики и принятым в ней порядкам. Но место действия перенесено в совсем другую часть космоса и основное повествование сосредоточено именно на ней. Зан избрал верный принцип: зачем придумывать и без того многострадальной ЗВ-галактике очередную бессмысленную угрозу, если существует столько заманчивых альтернатив. Опять же, Тимоти Зан - известный нелюбитель ситуаций, когда его ставят в какие-то чужие рамки, и он сам нередко подтверждал это как в интервью, так и своими собственными произведениями.

Идея идеей, но должна быть ещё и удачная реализация - и вот тут нельзя не отметить: выполнена она с блеском. После нескольких часов чтения книги Империя Руки и Доминанта чиссов, герооны и эйкари становятся такими же родными-привычными-своими в доску, как тви’леки, родианцы или хатты. И это не первый раз, когда автор доказывает свою состоятельность (можно сказать больше: впечатляющее мастерство) буквально за одну книгу создавать целую вселенную, максимально раскрывать все её грани и оставлять у читателя чувство нескончаемого удовлетворения. На память тут же приходит одна из наиболее успешных работ Зана в области не-ЗВшного sci-fi - «Охота на Икара» (Icarus Hunt) - то, что сам автор назвал в интервью смесью Звёздных войн с наработками Алистера МакЛина. Даже в фабуле прослеживается нечто похожее: разворачивающаяся прямо на глазах картина звёздного мира, группа совершенно чужих друг другу персонажей, летящих на странном корабле навстречу туманному будущему, параллельно пытающихся решить возникающие перед ними загадки и преодолеть козни, чинимые на пути. Похоже, подобная концепция настолько здорово оправдала себя в «Икаре», что Зан загорелся идеей перенести её в любимую ЗВ-вселенную. Вышло это у него на заглядение.

“При написании «Странствий уцелевшего» я действительно подчерпнул немало у Алистера Маклина, одного из моих любийших авторов триллеров, - делится Тимоти Зан мыслями с читателями американского издания Star Wars Insider. - Читатель должен находиться впереди персонажей не более чем на страницу, и от меня как от автора требуется сделать всё возможное, чтобы так и происходило. Я люблю писать книги, которые приятно читать повторно, отслеживая все упущенные при первом прочтении подсказки и намёки на то, чем всё разрешится.”

Разрешилось всё… весьма интригующе. Но препочту сохранить интригу до конца.

Меж тем пора вернуться к повествованию, благо одним лишь кораблём «Посланник Чаф» место действия не ограничивается. Судно делает промежуточную остановку у входа в Редут, ещё один примечательный элемент созданной Заном «новой галактики внутри существующей». Чтобы лишний раз не пересказывать суть этого явления, обращусь за помощью к одному из действующих лиц романа, чиссу по имени Формби, который формально возглавляет экспедицию «Посланника Чафа»:

Эта группа звёзд прячет последний «островок безопасности» чиссов, последнее прибежище, которое укроет наш народ на случай, если мы потерпим неудачу в открытом сражении. Это неприступное место; даже самый решительный и стойкий противник испытает заметные трудности, прежде чем сумеет проникнуть внутрь. По всему пространству Редута расбросаны наши боевые корабли и огневые точки; более того, сама природа таит здесь неприятные сюрпризы для непосвящённых…
…звёзды расположены невероятно близко друг к другу, очень немногие маршруты удалось нанести на астрографическую карту…
…внутри Редута ничто не постоянно и не стабильно. Уровень радиации превышает все допустимые нормы. Повсюду множество планетоидов и крупных комет, движущихся по непредсказуемым орбитам под воздейстием непрекращающегося противоборства гравитационных сил. Которые тоже, в свою очередь, представляют заметную опасность для жизни.

Такая вот вырисовывается неприглядная картина: что-то наподобие Ядра известной нам галактики, только в сотни раз страшнее и опаснее. В таком вот замечательном месте и обнаружились останки Сверхдальнего перелёта. Как они там очутились - сохранится в тайне до выхода следующей книги Зана. Сейчас же важен результат - они там есть и с этим надо что-то делать. Пройдя затяжной путь, преодолев множество преград Редута, «Посланник Чаф» совершает посадку на планетоид и при помощи стыковочного рукава подсоединяется к наполовину погребённому под слоем земли дредноуту Старой Республики.

Вероятно, стоит остановиться на конструкции необычного экспедиционного корабля чуть подробнее. Как уже было casino сказано ранее, корабль Сверхдальнего перелёта представлял собой шесть сцепленных воедино дредноутов, сформировавших плотное кольцо вокруг сердцевины - ядра снабжения. В ядре снабжения, согласно названию, хранились запасы на много десятилетий вперёд; на дредноутах жил и трудился экипаж. Каждый дредноут имел собственное, весьма неоригинальное название: D1, D2… D6, - при этом первый дредноут считался базовым, и оттуда велось всё управление полётом. Дредноуты крепились друг к другу и к ядру снабжения жёсткими пилонами (по корме и по носу), по которым ходили турболифты (по шесть кабин в каждом пилоне), позволявшие экипажу перемещаться между судами. В общем и целом, конструкция у корабля была весьма замысловатая, и вместо того, чтобы вникать в смысл слов, легче будет открыть изображение и лицезреть всё собственными глазами (большое спасибо за это добрым японцам).

Таким он выглядел в полёте; на земле кое-что изменилось. Основной удар о поверхность принял на себя мозговой центр - дредноут №1, превратившись в нечто похожее на помятый при столкновении со столбом автомобиль. Корабль зарылся глубоко в землю; за пятьдесят лет вынужденного простоя пески времени поглотили почти всю конструкцию, оставив на поверхности лишь самый крайний дредноут - D4. Впрочем, для него это стало отнюдь не положительным фактором: жестокая радиоактивность Редута сделала его практически непригодным для существования. В некоторых местах (в частности, на D1) вышли из строя гравигенераторы, и отдельные участки корабля подверглись притяжению планетоида. Большая часть турболифтных пилонов осталась в рабочем состоянии, но не все: D3, а вместе с ним и D2 оказались отрезаны от остального мира; попасть в них можно было лишь в специальных вакуумо-непроницаемых скафандрах. В общем, вышло так, что только D5 и D6, да ещё ядро снабжения оказались пригодны для существования жизненных форм.

И ведь что удивительно: жизненные формы действительно там существовали! Пятьдесят семь взрослых особей плюс некоторое количество их детей сумело уцелеть при катастрофе, и за несколько десятилетий они и их потомки умудрились выстроить на руинах корабля своё маленькое государство - с весьма необычными порядками и устоями. Вопрос добычи сырья и пропитания перед уцелевшими не стоял: ядро снабжения оказалось практически нетронутым, а запасов там содержалось на несколько порядков больше, чем они смогли бы употребить. С энергией также было всё в порядке: термогенераторы двух жилых дредноутов были восстановлены и работали без сбоев. По сути, население было сосредоточено на трёх основных целях: техническое обслуживание корабля, поддержание порядка и воспитание младого поколения, для того чтобы то продолжало дело предков. Управлялось всё это Правящим советом, в который входили по большей части исконные уцелевшие; роль народной милиции на кораблях исполняло небольшое подразделение, именовавшее себя Миротворцами, в чьи обязанности входило как поддержание внутреннего порядка, так и оберегание мини-государства от внешних угроз.

Впрочем, общество, зародившееся в таких условиях и настолько пропитанное затхлым смрадом времён, просто физически не могло стать образцом для подражания. По сути, оно превратилось в эдакую «диктатуру робинзонов», т.е. исконных уцелевших: жутких консерваторов и просто обозлившихся на весь мир людей. Возможно, за пятьдесят с лишним лет застоя никто этого и не замечал, но с появлением на корабле новых лиц пороки общества расцвели просто-таки самыми пышными красками.

В первую очередь отмечаем, что прибывшая на корабль сборная-солянка имперцев, чиссов и джедаев была встречена весьма недружелюбно. Это касается и ловушек, обильно расставленных на пути из D4 к пятому дредноуту, и общего отношения со стороны правящей верхушки уцелевших. Общество, которое читатель имеет возможность лицезреть на борту Сверхдальнего перелёта, - это прежде всего общество, базирующееся на двух основных «китах»: страхе и ненависти. Ненависти в первую очередь ко всей расе чиссов, представитель которой обрёк их на такое плачевное существование. Неудивительно, что чисский корабль был встречен враждебно: среди когорты уцелевших в почёте переваливать вину нескольких отдельных существ на плечи целого народа (как мы это уже видели в предыдущей книге Зана в случае с расой ботанов - только в масштабах всей галактики). Во вторую очередь их ненависть направлена на Республику, из которой они так благополучно сбежали полвека назад (не секрет: многие отправились в эту экспедицию по одной лишь причине, что Республика уже сидела им поперёк горла). Когда чиссы предлагают всем уцелевшим вернуться домой, Правящий совет гневно отвергает эту инициативу, с одной стороны, из-за неприятия к любой Республике (Старой или Новой), с другой стороны, из-за природного консерватизма и укоренившихся жизненных устоев (по принципу: там, снаружи, я обычный служака, зато здесь я - король).

В третью, и главную, очередь, ненависть уцелевших направлена на джедаев. Каковы её истоки, понять не так-то просто. Возможно, джедаи каким-то образом навлекли на себя гнев экипажа дредноутов во время полёта, или же уцелевшим просто не нравилось жить под властью кого-то без заслуг и регалий, но с паранормальными способностями, и не хотелось испытывать этого вновь. Так или иначе, но существа, владеющие Силой, превратились в этой среде не просто в изгоев, - в настоящих отбросов общества. Если у ребёнка обнаруживалась предрасположенность к Силе (что не редкость, ведь изначально на корабле было много джедаев), на нём тут же ставили большой и жирный крест. Таких детей в первую очередь сажали на карантин, где за ними, словно за белыми воронами, приглядывали несколько женщин-нянек, а как только дети подрастали, их отправляли на отрезанный от всего мира D3, где те доживали остаток своих дней в полном одиночестве. Немудрено, что такие порядки породили в этом обществе смертельный страх: кто-то боялся иметь детей, кто-то боялся за уже имеющихся, что у них обнаружится талант к использованию Силы, кто-то сам обнаруживал такой талант у своих детей и старался это усиленно скрыть. Апогея это умопомешательство достигло с появлением корабля чиссов и сложилось оно вокруг десятилетней девочки Эвлин Табори. В минуты смертельной опасности как для нескольких чиссов, так и для членов Правящего совета только её паранормальные способности могли спасти их от неминуемой гибели. Но когда Дин Джинзлер попытался уговорить её воспользоваться Силой, её мать Розмари Табори и дядя Джорад Прессор упёрлись на том, что никаких способностей у неё нет, всё одни лишь домыслы (и это в момент, когда им всем грозила весьма незавидная участь). Когда Джинзлер всё же добился своего, и Эвлин при помощи Силы вытащила всю компанию из переделки, местный большой начальник директор Улиар поклялся сослать её за джедайство на D3, не сумев справиться со своей застарелой ненавистью, которая укоренилась в нём уже настолько глубоко, что изжить её было просто невозможно (а ведь Эвлин спасла ему жизнь!!!). Страх перед джедаями породил в уцелевших ненависть, а ненависть - новый страх, и они стали подпитывать друг друга, возрастая в геометрической прогрессии. Спасать такое общество приходилось не только из плена безымянного планетоида, но и из плена собственных пороков, и второе на поверку оказалось гораздо сложнее первого.

***

Пора наконец перейти и к самим спасателям - по сути основным действующим лицам произведения. Умение Тимоти Зана создавать яркие, запоминающиеся, по-настоящему живые образы уже давно стало притчей во языцех. За долгие годы Мара Джейд и Гранд адмирал Траун, описанные на страницах его романов, стали едва ли не такими же популярными среди поклонников, как воссозданные на киноэкране принцесса Лея или Хан Соло. Определённую долю славы снискали и другие герои его романов: Тэлон Каррд, Борск Фей’лиа, Гилад Пеллеон, возникшие чуть позже адмирал Парк и майор Гродин Тирс. Никто другой, как герои Зана, не появлялся на страницах произведений других авторов так часто, получая новую жизнь и новую интерпретацию. Надо сказать, Зан не подкачал и на этот раз. Из-под его пера вновь вышли яркие, живые и интересные характеры, достойные того, чтобы обрести новую жизнь в продолжениях; здесь, правда, возникают несколько «но». Во-первых, продолжения уже написаны, и новых героев туда не вставишь, во-вторых… Но послушаем, что скажет сам Зан:

“Я не считаю какой-то особенной проблемой то, что судьба Люка и Мары заранее предрешена, поскольку, подозреваю, большинству читателей и так известно, что я не собираюсь убивать кого-то из них или отсекать им конечности. Однако, если Скайуокеры могут спать спокойно, остаются ещё некоторые второстепенные персонажи, которые, вероятно, тоже полюбятся читателям и за которых читатели будут активно переживать. Вот их судьба как раз находится в весьма подвешенном состоянии”.

Мастер немного лукавит - ведь он хорошо известен своим пристрастием к пышным хэппи-эндам, и всё же… гарантий их сохранности действительно никаких.

Дин Джинзлер - один из самых любопытных персонажей в книге. Аналогию получившемуся образу отыскать не так-то легко как в литературе, так и в жизни. Посудите сами: человек весьма пожилой и консервативных взглядов вдруг ни с того ни с сего идёт на всевозможные ухищрения, чтобы пуститься в величайшую в своей жизни авантюру (которой впоследствии суждено перевернуть мир в его глазах), причём, похоже, даже сам не осознаёт, какие мотивы его туда влекут! Позиционируя себя политиком и дипломатом, он по сути сам загоняет себя в силки, из которых начинает старательные выпутываться. В дипломатической миссии он играет совершенно чужую роль; отдадим ему должное, играет он её старательно, но самое главное - что к концу он наконец находит себя и в своей собственной роли, той, которая несёт окружающим максимальную пользу.

А до жизни такой он докатился очень просто. Дин родился в семье техника по гипердрайвам во времена заката Старой Республики, в которой, однако, Орден джедаев по-прежнему возвышался неколебимым монолитом. И у родителей Дина в ходу было нечто вроде поклонения Ордену, словно вселенскому религиозному культу. Они восхищались джедаями, восхваляли их подвиги, а когда в их семье родился ребёнок, восприимчивый к Силе, их счастью просто не было предела. Девочку назвали Лораной; естественно, ещё в младенчестве её забрали в Орден, и родители с ней практически не общались. Однако заочно они просто обожали её, они узнавали о её успехах, они восхищались ей... Дин был младше Лораны; день, когда его отвели на обследование и в его крови так и не обнаружили мидихлориан, он впоследствии посчитал чёрным. Пытаясь завоевать расположение родителей, он пошёл по стопам отца, став электронщиком, весьма и весьма умелым и старательным, но он чувствовал, что никогда не достигнет высот сестры, всё время ощущал себя в тени её достижений. В какой-то момент он сам нарисовал в своём сознании образ неудачника; несмотря на успехи Дина на его собственном поприще, этот образ преследовал его всю дальнейшую жизнь. Что касается Лораны - он её видел очень редко, он с ней не общался, и всё это совсем не помешало ему воспитать к ней на почве ревности крайне непримиримую ненависть, которая перекинулась впоследствии и на всех остальных джедаев. Он оказался в непроницаемом колпаке, который сам же и выстроил; для того, чтобы выбраться из такого колпака, требовались невероятные потрясения.

...Лорана взошла на борт дредноута Сверхдальнего перелёта, и больше от неё не было ни весточки. Печальная судьба экспедиции жила в чьей-то памяти, а для кого-то была забыта; что касается Джинзлера, то для него было верно скорее первое. Лораны больше не было, но её призрак продолжал следовать за ним по пятам. Возможно, это и было той причиной, что побудила его пуститься в бездумную авантюру с путешествием в Неизведанные Регионы, лишь только весть об обнаружении Сверхдальнего перелёта достигла его ушей. Конечно, он не надеялся найти её живой; вероятно, просто искал примирения - если так, то путь к нему предстоял весьма тернистый. На борту «Посланника Чафа» он встретил Мару Джейд... которая предстала перед его глазами живым напоминанием о Лоране, вновь пробудив в нём все застарелые болячки. И он усиленно сторонился Мары, хотя, быть может, и сам не видел на то достойной причины.

А произошедшее на останках Сверхдальнего перелёта… описывается не иначе как «встретились два одиночества». Джинзлер и его неприятие к джедаям на почве ревности на одном полюсе; сообщество уцелевших, ненавидящее джедаев из страха, на другом. И посередине - восприимчивая к Силе десятилетняя Эвлин. В своих «радушных» хозяевах Джинзлер практически разглядел изнанку собственного мироощущения. И удивительно, как же быстро начал рушиться вокруг него непроницаемый колпак. Общение с девочкой, попытки спасти её от глупости местного мира привели к тому, что всё вдруг для него стало таким простым и прозрачным: и ревность, основанная буквально на пустом месте, и то, что родители в действительности любили его совсем даже не меньше, чем сестру и остальных детей, и то, что быть техником по гипердрайвам, как и любая другая профессия, ничем не хуже принадлежности к Ордену джедаев.

“Я электронщик, как и мой отец”, с гордостью восклицает Дин Джинзлер, тут же отсылая читателя к одному из самых известных слоганов фильма «Возвращение джедая». Пока сами джедаи с ловкостью и непроницаемой уверенностью разбираются с ордами врагов, Джинзлер делает своё дело, играет свою роль, ничуть не менее важную, чем роли остальных. И её, в отличие от ролей афериста и дипломата, он играет на отлично.

Второй персонаж, о котором несомненно стоит говорить отдельно - это имперский капитан, Чак Фел. “Чак Фел - один из сыновей легендарного барона Фела, который был создан пером Майка Стэкпола и которого я бесстыжим образом заимствую у Майка при любом удобном случае,” - исповедуется Зан. В Survivor’s Quest Чак выступает не просто в роли очередного имперского военного, который - для разнообразия - решил помочь хорошим парням в их правом деле. Своим поведением и поступками он олицетворяет целый общественный пласт, если не сказать больше - целое поколение и эпоху, в которой ему посчастливилось обитать. В противовес и противопоставление тому пласту и той эпохе, которая случилась буквально двадцать лет назад, в правление императора Палпатина.

По сути, представление об образе Фела у читателя складывается прежде всего через призму восприятия Мары Джейд. Что и не мудрено, если вспомнить, что Фел и его команда то и дело служат для неё ходячим напоминанием о собственном прошлом. Так вот, первое впечатление Мары о юном имперце, кажется, вполне однозначное: «ребёнок играющий в войну». Молодость, лёгкость в общении, некоторая непосредственность, даже наивность - всё это с трудом складывается у неё в образ капитана штурмовых войск. Первое впечатление обманчиво, и она готова признать это довольно скоро. Несколько совместных дней на корабле, и, к её удивлению, юный Фел вдруг становится заметно старше, в нём начинают проступать черты эдакого матёрого волка, на удивление успевшего повидать немало за свою короткую жизнь. Одновременно она чувствует в нём весьма подкупающую уверенность - в том, что он борется за правое дело и находится именно на своём месте, где и должен находиться.

Фел шагал с высоко поднятой головой, и не было в нём ни капли того высокомерия и надменности, которая уже стала, казалось, непременным атрибутом любого Гранд моффа или имперского генерала; зато в нём ощущалась гордость - за себя, за то, кем он является, и за то, чего достигла Империя Руки, которой он так беззаветно служит. Подобную гордость она часто видела в глазах Хана или Леи, или пилотов Разбойной эскадрильи, или даже самого Люка.

По сути, при взгляде на Чака Фела ломаются все до единого стереотипы, которыми были так обильно увешаны имперские военные командиры ещё начиная с лукасовской Оригинальной трилогии. Фел умеет признавать свои ошибки и учиться на них, вовремя исправлять. Фел готов унять свою гордость и передать командование военной операцией другому, прекрасно осознавая, что тот, другой, справится с этим заданием гораздо лучше его, а это значительно важнее, чем собственный престиж. Фел будет биться до последнего, даже если понимает, что шансы на победу ничтожно малы (даёт знать кореллианская кровь). Фел… но впрочем, что мы всё о нём?

Вместе с обновлённым имперским воякой Фелом перед читателем предстаёт также и обновлённая Империя. Империя Руки - получившая своё название от форпоста «Рука Трауна», возведённого Гранд адмиралом на планете Нирауан. От этого форпоста она активно пошла вширь (благо Неизведанные регионы немаленькие, и места хватает всем) и превратилась в нечто наподобие сообщества-ренегата Доминанты чиссов, господствующей в этом регионе космоса. Тех самых чиссов, начальство которых изгнало Трауна со своей земли и предало анафеме любые воспоминания о его поступках. Но не начальством единым: прочие чиссы обильным потоком полились под крыло военачальника, которого считали своим идеалом и идолом, и Империя от этого только выигрывала в могуществе и стабильности. При этом брали в это сообщество не только чиссов, но и представителей других рас, обнаруженных на просторах Неизведанных регионов, - брали их на равных правах, начисто забыв о ксенофобии, практикуемой в бытность правления Палпатина. И это ставило Империю Руки ещё на одну ступеньку выше того государства, что являлось её прототипом. А потом ещё на две ступеньки, поскольку Империя Руки представляла собой конфедерацию не покорённых народов, а преданных союзников, и поскольку её военная доктрина отныне не подразумевала управление страхом и наращивание огневой мощи, а делала упор на дипломатию и выигрыш битв без единой капли пролитой крови. И это всё с сохранением дисциплины, порядка, строгой иерархии власти, ярма на бюрократическом аппарате и при этом грамотных, толковых, но не честолюбивых людей у руля. Не удивительно, что при виде такой красоты Мара Джейд стала разрываться на части.

То, что Зан любит Империю, было известно уже давно, ещё с его первых книг по вселенной ЗВ. Начиная с этих книг и началось систематическое «отбеливание» образа имперца, попытка изобразить не бездушную ходячую машину-убийцу, не тупого болвана и не воплощение вселенского зла, выраженное в многомиллиардном имперском народе, а нечто более одушевлённое и отдалённое от сказки / приближенное к реальности. В «ТТ» имперцы стали умными, дальновидными, временами милосердными, временами ещё и весьма ловкими и пронырливыми. В «HoT» имперцы ищут мира с хорошими парнями и даже помогают справиться с плохими парнями, которые строят хорошим козни. В «Странствия уцелевшего» подобное «отбеливание» достигло своей кульминации - и казавшееся таким реальным присоединение к имперцам Люка и Мары - яркое тому подтверждение.

Другое подтверждение - иное прочтение образов имперских штурмовиков. Забудьте: пушечного мяса в белом больше нет! А есть штурмовики умелые, натренированые, умные, мыслящие и даже! чувствующие! (На память тут же приходит момент, где штурмовик сопереживает детям-джедаям, с которыми весьма погано обращаются на Сверхдальнем перелёте.) А ещё этих штурмовиков отличает то, что у них помимо порядкового номера есть ещё и имя! (пусть и кодовое) Четвёрка из 501-го легиона носит свои имена: Облако (Cloud), Тень (Shadow), Страж (Watchman) и Крюк (Grappler). А ещё! у штурмовиков белая броня… не только для красоты! Она ещё и отражает чужие выстрелы, причём делает это весьма часто и успешно! Всё-таки нет предела любви Зана к Империи.

Ещё один из, наверное, ключевых персонажей произведения ни разу не появляется в кадре. Что и не удивительно: ведь он вроде как умер. Зато результаты его деяний сопровождают остальных героев повсюду; кажется, он незримо с ними, им приходится расхлёбывать его грехи, принимать как должное результаты его иных, весьма впечатляющих свершений, бороться с созданными стереотипами. Речь, понятное дело, о Гранд адмирале Трауне; его лицо даже помещено на обложку книги, чтобы лишний раз сделать акцент: он такой же полноправный персонаж «Странствий уцелевшего», как и все остальные. И выступает он здесь в роли некоего аналога… бога. Без шуток. Герои произведения вынуждены действовать исключительно в том маленьком и тёплом мирке, который Траун сотворил собственными руками, а иногда начинает казаться, что все происходящие с героями события случаются истинно по мановению его этих самых собственных рук. И кто-то ещё сказал, что он умер?

Народец главных плохих парней, как уже можно было проследить из вышеописанного, зовут вагаари. Вагаари злобны и мстительны, при этом честолюбивы, строят далеко идущие планы, не считаются с потерями. Похожих агрессивно настроенных личностей можно встретить сплошь и рядом на страницах доброй половины научно-(и не очень) фантастических романов, но Зан и не делает секрета из того, что они здесь не есть ключевое звено и не их он собирался ставить во главу угла, садясь за написание книги. Они второстепенны и необходимы лишь для поддержания сюжетного действа и его постоянной напряжённости и драматизма. Получилось нечто вроде промежуточных злодеев (промежуточных между двумя большими столпами - Империей и йуужань-вонгами); они не претендуют на вселенскую власть (как всяческие там имперские недобитки), не претендуют на уничтожение всего живого или, скажем, всей Силы (как некоторые нехорошие личности из Рыцарей Старой Республики). Республика Новая может спать спокойно (джедаи ручаются за ещё как минимум три года безмятежного сна), Доминанте чиссов, правда, придётся ешё немного понервничать, поворочаться, но и то недолго: Люк и Мара в скорости возьмут ситуацию под контроль и встанут на защиту сине-кожего народа.

За своих джедаев Зан заслуживает отдельных тёплых слов. Чем утомляли джедаи во многих предыдущих книгах: то на них навешивали какую-то непомерно страшную угрозу, и они, применив некую новую невероятную и непостижимую грань своего могущества, с ней из последних сил справлялись; то им предлагали нечто на первый взгляд совсем не страшное, однако же джедаи неожиданно для всех проявляли к этому свою беспомощность. В «Странствиях уцелевшего» джедаи совсем другие. Они предстают неким аналогом элитных бойцов отряда коммандос, которые уверенно делают свою работу - т.е. исключительно то, что они обучены делать лучше всего. Сражаться, размахивать мечами, левитировать предметы, выкручиваться из ловушек. Они, собственно, и должны быть такими: два адепта древнего учения в ранге мастера, достигшие вершин своего совершенства. Зачем их рисовать неумелыми мальцами, которые лишь в последний момент титаническими усилиями и невероятным стечением обстоятельств поворачивают события вспять? По ходу повествования ни в едином месте не возникает сомнений в их способностях преодолеть то или иное препятствие. Наиболее любопытным выглядит их противостояние с… дройдекой, но и здесь имеется уверенность, что они в конце концов просто перехитрят бездушную машину, а не применят на ней что-то новое из серии неизведанных границ возможностей Силы.

Кстати о дройдеках. Любовь Тимоти Зана к приквелам (как к каким-то частностям, так и ко всему временному отрезку в целом) вряд ли для кого-то является секретом. И он уже не раз это доказывал - появлением множество ссылок на приквельные времена в его собственных книгах (история Сверхдальнего перелёта, ранние годы К’Баота, мятеж тёмных джедаев на Бфасше, отравление Хоногра, Каамасский инцидент), написанием серии рассказов о временах Войн клонов («Дуэль», «Герой Картао», «Смена сезонов»), грядущим написанием своего собственного приквела (Outbound Flight). Надо сказать, что приквелы отвечают Зану взаимностью: речь о появлении в фильмах таких крупных Зановских проработок как Кашиик или Корускант и других мелочей. “Было приятно узнать, - говорит в интервью писатель, - что, к примеру, глава Сената в приквелах был прозван «канцлером», как, впрочем, и о некоторых других мелких деталях тоже узнать было весьма приятно”. В «Странствиях уцелевшего» он пошёл ещё дальше: он попытался совместить две эпохи (сиквелов и приквелов) в единое целое, сплести из них единый клубок и посмотреть, что из этого выйдет. Ну и дополнил всё это дело такими колоритными деталями, как дройдека, играющий с джедаями в кошки-мышки, как истребитель skysprite, летающий при помощи гиперпространственного транспортного кольца, как разглагольствования Чака Фела о нерентабельности армии дроидов по сравнению с клонами или просто живыми солдатами, ну и как прочие мелочи, пришедшие к нам из приквелов. Получился эдакий очередной мостик, связывающий две разнородные эпохи воедино, примерно как у Троя Деннинга в «Духе Татуина», только более тонко и ненавязчиво.

Маленький мостик Зан бросает и на грядущую, но при этом уже прошедшую серию NJO. Люк и Мара вовсю бороздят пространство на свежеприобретённой яхте «Меч Джейд» (Jade Sabre), столь беззастенчиво уничтоженной Майком Стэкполом в Dark Tide: Onslaught, а по всему повествованию то и дело разбрасываются намёки о грядущем пришествии вонгов, хотя утверждение, что Траун заранее знал о вонгах, остаётся не более чем спекуляцией. Возможно, грядущие книги расставят всё по своим местам.

***

У маленького мира, созданного Заном на страницах Survivor’s Quest, существует своё прошлое и своё будущее. О прошлом загадывать бессмысленно, да и нужно ли это делать? Ведь Зан неприкрыто даёт понять, что завершающая септалогию книга Outbound Flight прольёт свет на всё, что ещё осталось в тени. Что касается будущего, то оно весьма расплывчато. Судя по тому, что в NJO барон Фел занимает ответственный пост в командовании оборонным флотом чиссов, вполне предопределённое объединение Доминанты чиссов и Империи Руки всё-таки совершилось, и в преддверии вторжения йуужань-вонгов они предстают единым монолитным кулаком. К концу этого года наконец должна быть издана первая из Post-NJO трилогий под названием «Тёмное гнездо» (Dark Nest), действие которой, как анонсировано, будет разворачиваться сплошь в Неизведанных регионах в гостях у чиссов. Увидим ли мы в ней какие-то последствия описанных в Survivor’s Quest событий, какое-то напоминание о вагаари, или Империи Руки, или колоритных участниках «Странствий», которые заслуживают получения гораздо большего печатного пространства, чем есть на данный момент? Подождём. Благо, осталось недолго. Вслед за выходом долгожданного третьего Эпизода начнут появляться и не менее долгожданные книги. Возможно, речь о них пойдёт особо. Как-нибудь в будущем.

Gilad
Апрель 2005

 
[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47]